Новости

08.03.2017 10:01:00

Медитация и буддизм в Одессе

Занятия медитацией

Читать дальше …

07.02.2017 15:49:15

Пожертвовать

Если вы желаете сделать пожертвование ...

Читать дальше …

24.02.2015 03:02:40

Свободный Дух

Буддийская медитация он-лайн

Читать дальше …

23.08.2012 15:00:00

Видео как научиться медитировать

Что такое медитация, или буддийская медитация? Как правильно медитировать?

Читать дальше …

22.08.2012 17:00:00

Приглашаем Вас ...

участвовать в группе в Контакты для читателей Буддаяна.

Читать дальше …

Посвящение бхикшу

Во многих частях буддийского мира посвящение бхикшу следует после посвящения шраманеры, если кандидату исполнилось двадцать лет или более. В моем случае прошло полтора года, прежде чем я смог принять более высокое посвящение, и главной причиной этой отсрочки было то, что в такой небуддийской стране, как Индия, непросто собрать вместе десять бхикшу, что, как минимум, необходимо для должного отправления церемонии. Обычно они могут собраться вместе только по случаю больших празднований, когда бхикшу из разных частей буддийского мира отправляются среди тысяч пилигримов к святыням на северо-востоке Индии. Поэтому я получил мое посвящение бхикшу в Сарнатхе 24 ноября 1950 года (в день полнолуния), по случаю девятнадцатой годовщины открытия вихары Мулагандхакути, приехав из Калимпонга для этой цели.

 

Церемония происходила в бирманском храме, в присутствии пятидесяти или шестидесяти человек, и длилась примерно час. Поскольку отсутствие У Чандрамани было неизбежно, его место в качестве наставника (упадхьяи) занимал известный проповедник из Рангуна, так что мое посвящение бхикшу, подобно принятию Паншила и посвящению шраманеры, прошло под покровительством бирманской ветви тхеравадинского монашеского ордена. Поскольку я достаточно подробно описал эту церемонию в «Тысячелепестковом лотосе», в этих заметках я отмечу лишь те аспекты, которые важны в контексте нашей темы, описания истории моего обращения к Прибежищу. Что меня сильнее всего поражало, и тогда, и впоследствии, так это то, что нигде в церемонии не упоминалось об обращении к Прибежищу, то есть его формула нигде не повторялась за наставником. Правда, мне пришлось повторить ее вслед за своим учителем (ачарьей) в качестве части повторного посвящения шраманеры, которое, согласно традиции, предшествовало посвящению бхикшу, но в самой церемонии посвящения обращение к Прибежищу вообще не упоминалось, как и впоследствии. Это было еще более примечательно, поскольку как я узнал намного позже посвящение бхикшу в раннем буддизме заключалось всего-навсего в трехкратном повторении формулы обращения к Прибежищу. Однако было упомянуто о четырех опорах монаха (ниссаях), которые мой наставник действительно объяснил мне после самой церемонии. В идеале монах должен полагаться на чашу для подаяний как источник пищи, выброшенные в мусор лохмотья для роб, на подножья деревьев как источник крова и коровью мочу как лекарство, но, если это покажется ему слишком сложным, он может принимать приглашения на трапезы, носить робы, сделанные из различных материалов, жить в доме или в пещере и принимать топленое, сливочное и растительное масло, мед и сахар во время болезни. Так все человеческие слабости получали оправдание, хотя я не мог отделаться от мысли, не придерживался ли бы монах более тщательно этих четырех опор, если бы сразу после посвящения ему не намекнули, что ему не стоит принимать их так уж серьезно.

 

Однако во время самой церемонии меня не волновали подобные сомнения или подозрения. На самом деле, меня вообще мало беспокоили мысли, поскольку церемония большей частью проводилась на «бирманском пали», так что большую часть времени я мог просто наслаждаться позитивной атмосферой, окружающей это событие. Вместе со мной, окружив меня со всех сторон в этом священном месте, были монахи четырех различных национальностей, включая тех самых бхикшу общества Маха Бодхи, которые отвергли мою просьбу о посвящении восемнадцать месяцев назад. Вокруг монахов, но вне святилища, были миряне и мирянки, по крайней мере, шести национальностей, а сразу за монахами и перед мирянами сидел тибетский воплощенный лама, который, поскольку он воплощал идеал Бодхисаттвы, мог рассматриваться как символ устранения двойственности монахов и мирян. Следовательно, не удивительно, что, несмотря на отсутствие произнесенного обращения к Прибежищу на самом деле, несмотря на мой собственный недостаток ясности в этом крайней важном вопросе, я должен был осознавать, по крайней мере, третью Драгоценность, как никогда ранее. Приравнивается ли это осознание к обращению к Прибежищу в духовной общине в строгом смысле, сомнительно, но, по крайней мере, я впервые близко познакомился с тем, на что на самом деле похоже такое обращение к Прибежищу.