Новости

08.03.2017 10:01:00

Медитация и буддизм в Одессе

Занятия медитацией

Читать дальше …

07.02.2017 15:49:15

Пожертвовать

Если вы желаете сделать пожертвование ...

Читать дальше …

24.02.2015 03:02:40

Свободный Дух

Буддийская медитация он-лайн

Читать дальше …

23.08.2012 15:00:00

Видео как научиться медитировать

Что такое медитация, или буддийская медитация? Как правильно медитировать?

Читать дальше …

22.08.2012 17:00:00

Приглашаем Вас ...

участвовать в группе в Контакты для читателей Буддаяна.

Читать дальше …

Введение: сеть личных отношений

В строки, которые я сочинил однажды для освящения буддийского алтарного зала, входит пожелание: «Пусть наше общение друг с другом будет Сангхой»71. В нем отражено огромное значение, которое всегда придавалось в буддизме качеству общения как между членами сангхи, так и в контексте всех отношений, в которые отдельный буддист вступает с другими людьми. Будда много говорил об общении – о важности искренней, доброй, осмысленной и гармоничной речи и о необходимости уделять внимание отношениям с другими людьми в целом и проверять, общаетесь ли вы с ними в согласии с буддийскими принципами.

 

Причины для этого вполне очевидны. Быть человеком – это значит вступать в отношения с другими человеческими существами. Мы не можем прожить свою жизнь в изоляции; какие бы усилия мы не предпринимали, чтобы развиваться как личность, они постоянно проверяются в горниле наших отношений с другими людьми. Какими бы спокойными, добрыми и мудрыми мы не ощущали себя в уединении своих сердец или алтарных залов, подлинная проверка того, насколько полно мы развили эти качества, наступает, когда мы сталкиваемся с реалиями жизни – трудностями, которые создают нам «другие люди».

 

Первое человеческое существо, с которым мы вступаем в контакт, – это, конечно, наша мать. Эти отношения очень близки и воздействуют на нас в течение всей нашей жизни. Затем появляется наш отец, а еще, возможно, братья и сестры, а также бабушки и дедушки, если нам повезло. Немного позже мы узнаем также о тетях, дядьях и двоюродных братьях и сестрах. Таков обычно наш семейный круг. Но, помимо этого, есть еще соседи, живущие на одной с нами лестничной клетке, на одной улице или через дорогу, а с четырех-пяти лет – учителя, одноклассники и друзья. Позже может появиться муж или жена, а, возможно, и дети. Помимо всего прочего мы, скорее всего, вступим в общение с работодателями и коллегами, а иногда – и с подчиненными. Кроме того, рано или поздно нам приходится общаться с разнообразными правительственными служащими, чиновниками и даже руководителями, будь это в нашей стране или за границей. К тому времени, когда мы достигаем зрелого возраста, мы обнаруживаем себя в центре целой паутины отношений с десятками, а иногда и сотнями, людей, а косвенно или отдаленно мы связаны еще с очень и очень многими.

 

Эта сеть отношений – главная тема буддийского текста под названием «Сигалака-сутта», который можно найти в «Дигха-никайе», «Собрании длинных проповедей» Палийского канона72. Это относительно ранний текст, можно с уверенностью сказать, что его содержание восходит к самому Будде. Он называется «Сигалака-суттой», потому что Будда произносит проповедь для молодого человека по имени Сигалака. Один из переводчиков описывает сутту как «Советы мирянам». В ней Будда дает модель различных видов отношений и объясняет, каким должно быть поведение в каждом из них. Все это излагается с такой ясностью и лаконичностью, что и в наши дни представляет большой интерес, – и мы будем использовать эту сутту как основу для заключительной части рассмотрения нашего вопроса «Что такое Сангха?»

 

Сигалака – молодой брахман, что указывает на то, что он принадлежит к касте жрецов, высшей и самой влиятельной касте индийского общества. Во введении к сутте сообщается, что Будде довелось встретить Сигалаку однажды ранним утром. С волос и одежды Сигалаки все еще капала вода после очистительного ритуального омовения. (И в наши дни можно увидеть, как брахманы стоят в священной реке Ганг в Варанаси, погружаются в воду и читают мантры). Совершив омовение, Сигалака стал читать восхваление шести направлений: северного, южного, восточного, западного, направления зенита и надира.

 

Он делает это, как сообщает Будда, в послушание предсмертному указанию своего отца, дабы защитить себя от любого вреда, который может прийти из любого из этих шести направлений. И тогда Будда говорит Сигалаке, что, хотя восхваление шести направлений делать правильно и важно, он выполняет его не должным образом, если хочет, чтобы такое восхваление на самом деле защитило его. Затем Будда продолжает объяснять, что на самом деле символизируют собой шесть направлений.

 

Восток, говорит Будда, означает мать и отца (в индийских языках мать упоминается впереди отца), потому что человек берет в них начало, точно так же, как солнце – или, по крайней мере, день – начинается на востоке. Поэтому первые отношения, которые упоминает Будда, – это отношения между родителем и ребенком. Что касается остальных направлений, они отражают остальные ключевые отношения в жизни: юг – это отношения между учителем и учеником, запад – между мужем и женой, север – между друзьями и товарищами, надир – между господином и слугой (в наши дни – между работодателем и наемным работником), а зенит – отношения между мирянами и «аскетами и брахманами».

 

Подлинное восхваление шести направлений, объясняет Будда, заключается в выполнении своих обязанностей касательно этих шести видов отношений. Такое нравственное поведение естественным образом приводит к счастью, и именно в этом смысле человек защищает себя посредством такого «почитания». Здесь Будда помещает человека в центр сети отношений, из которых он перечисляет лишь шесть видов. Будда, по-видимому, равным образом подчеркивает важность этих шести первостепенных видов отношений, которые представляют собой довольно широкий круг человеческих связей, и в этом отношении он типичен для своей культуры, культуры северо-восточной Индии VI века до н. э.

 

Но в большинстве других культур одному виду отношений уделяется больше внимания, чем остальным. Например, перечень, подобный тому, что Будда дает Сигалаке, можно обнаружить и в конфуцианстве, согласно которому есть пять стандартных видов отношений: между правителем и подданным (иногда они описываются как отношения между князем и министром), между родителем и ребенком, между мужем и женой, между братом и сестрой и между друзьями. Но в Древнем Китае особое внимание всегда уделялось отношениям родителей и детей и в особенности обязанностям детей по отношению к родителям. Согласно некоторым конфуцианским писателям, сыновняя почтительность – величайшая из всех добродетелей, и в древности сыновья и дочери, служащие в ней примером, официально награждались правительством титулом, получали большие участки земли, а в их честь воздвигались памятники. Нам подобная идея может показаться более чем странной, поскольку мы живем в совершенно другие времена, когда большинство людей стремятся к независимости от собственных родителей.

 

Что касается древних греков, мы не найдем у них особого перечня важных видов отношений. Однако, если мы обратимся к учению Сократа в изложении Платона как к выражению высочайшего греческого идеала, становится очевидным, что для них самыми важными были отношения между друзьями. Трогательное описание смерти Сократа указывает на это особенно отчетливо. За некоторое время до смерти он довольно формально прощается со своей женой и детьми, которые, как описывается, тем не менее, горько рыдают. Затем он отсылает их и посвящает последние часы жизни философским беседам с друзьями73.

 

В средневековой Европе, напротив, особое внимание уделялось отношениям между господином и слугой, в частности, между феодалом и вассалом. Эти отношения господина и слуги были столь фундаментальными, что вокруг них выстраивалась вся система общества. В феодальной системе великой добродетелью была преданность, в особенности человеку, который находился прямо над вами в общественном порядке подчинения. Для знатного лорда это был король, для мелкого землевладельца – местный феодал, а для обычного слуги или крепостного – рыцарь. И человека воспитывали так, чтобы он с готовностью отдал жизнь за своего феодального господина.

 

В наши дни на Западе мы, несомненно, уделяем основное внимание сексуальным или романтическим отношениям. Человек может вступать в такие отношения не один раз, но, несмотря на удачи и разочарования, взаимоотношения между полами, тем не менее, остаются самыми важными для большинства людей и придают нашей жизнь яркость и смысл. Романтические отношения – главная тема фильмов, романов, пьес и стихотворений, и в идеале они всепоглощающи – влюбленные часто заявляют, что не могут жить друг без друга и даже что готовы умереть друг за друга. Таким образом, для большинства людей, выросших в нашей культуре, сексуальные, романтические отношения являются главными и самыми важными – что люди древности, вероятно, сочли бы нелепым. Это не означает, что они непременно были бы правы, но мы можем, по крайней мере, напомнить себе о том, что люди не всегда считали так, как считаем мы в наши дни.

 

На современном Западе другие отношения часто становятся искусственными, потому что им просто не уделяется должного внимания. Мы склонны небрежно относиться к нашим отношениям с родителями и друзьями, редко относясь к ним столь же серьезно, как к романтическим связям. Мы думаем, что все так и должно быть. Мы склонны считать, что то, что мы придаем данным отношениям огромное значение по сравнению с остальными, совершенно нормально; на самом деле, мы, скорее всего, полагаем, что так было всегда и во всем мире. Но, как мы видели, на самом деле это не так. Напротив, очевидно, что наша позиция неправильна – ни одно другое общество не поднимало сексуальные отношения так высоко над остальными.

 

Помимо пренебрежения другими отношениями, у нашей позиции есть и еще один неблагоприятный результат – мы возлагаем слишком большие надежды на романтические отношения. Мы склонны ожидать от нашего сексуального партнера намного большего, чем он может нам дать. Если мы недостаточно осмотрительны, мы ждем от него, что он станет для нас всем: сексуальным партнером, другом, товарищем, матерью, отцом, советчиком, консультантом, источником безопасности, – всем. Мы ждем, что эти отношения подарят нам любовь, безопасность, счастье, полноту жизни и все остальное. Мы ждем, что они придадут смысл нашей жизни и таким образом станут для нас чем-то вроде электропровода под напряжением, которое для него слишком велико. В результате плохие, неудачные сексуальные отношения часто приводят к тому, что пробки перегорают, – они не выдерживают напряжения. Очевидное решение – работать над развитием более широкого круга отношений, которые равно важны для нас, и ко всем мы должны относиться с вниманием и заботой.

 

Но мы можем посмотреть на это с другой стороны. Помимо того, что это способствует упадку других отношений, современная сосредоточенность на сексуальных или брачных отношениях также отражает тот факт, что другие отношения стали более сложными или вот-вот прекратятся. Отношения учителя и ученика, работодателя и наемного работника, правителя и подданного во многом оказались лишены личностной окраски – на самом деле, зачастую люди вообще не склонны считать, что подобные отношения должны включать личную составляющую. Но в других обществах все было не так. Несколько веков назад – всего лишь 150 лет назад в некоторых областях Европы – если бы вы были слугой или подмастерьем, вы, скорее всего, жили бы со своим хозяином под одной крышей. Вы бы разделяли с ним всю его повседневную жизнь, ели одну и ту же пищу за одним и тем же столом, как член семьи, но только тот, который знает свое место. В традиционной системе ученичества могли возникнуть очень сильные личные отношения между мастером и учеником или хозяином и слугой, или, говоря современным языком, между работодателем и наемным работником.

 

В романах Диккенса, которые были написаны в 1840-х, когда индустриальный век был уже в самом разгаре, все еще изображаются отношения между хозяином и слугой, носившие отличительный феодальный характер, потому что такие отношения оставались реальностью для многих людей. Когда в «Записках Пиквикского клуба» Сэм Уэллер, верный слуга мистера Пиквика, хочет жениться, мистер Пиквик, естественно, предлагает освободить Сэма от службы. Сэм заявляет о своем намерении остаться с мистером Пиквиком, который говорит: «Друг мой, ты должен подумать и о девушке». Но Сэм говорит, что она будет рада подождать его: «Если она не будет рада, она не та девушка, за которую я ее принимал, и я с готовностью откажусь от нее». Его долг, говорит он, служить мистеру Пиквику.

 

Таким образом, он напоминает о ситуации, когда человек служил феодальному вождю, который вел его в битву и был более могуществен, чем он, который защищал его и которому он был безусловно предан. Эта преданность делала отношения подлинно личными, и часто это были самые важные отношения в жизни мужчины, даже с эмоциональной точки зрения, – те отношения, ради которых другими при необходимости можно было пожертвовать.

 

Это отношение все еще существовало до некоторой степени на Востоке, когда я жил там в 1950-х. В Калимпонге мне иногда приходилось нанимать тибетских или непальских поваров, рабочих или садовников, и было заметно, что они быстро становились очень преданными. Их интересовало не только то, получат ли они деньги в конце месяца. Некоторые из них вообще не хотели работать за деньги. Они были гораздо больше заинтересованы в установлении достойных отношений с хорошим хозяином.

 

В наши дни, к счастью или к несчастью, все это уже отмирает вместе с настойчивым вторжением западных ценностей. Само слово «хозяин» сегодня заставляет людей чувствовать себя несколько неуютно. В результате вы чаще всего не можете установить сколько-нибудь подлинно личных отношений со своим работодателем. Вы работаете не на хозяина, а на отделение компании, и ваша работа контролируется людьми, у которых больше власти, чем у вас, но у вас нет к ним лояльности или преданности. Только в ситуациях, имеющих очень долгую историю, подобных армейскому уставу, в котором верность и преданность долгу является ключом к успеху, вы все еще находите подобные отношения. Подобно этому, у нас очень далекие, обезличенные отношения с теми, кто призван защищать наши интересы, и мы не думаем об этом, как о службе им. Раз или два за жизнь вам, возможно, выдастся случай пожать руку вашему местному члену парламента или конгрессмену, но чаще всего это самые близкие отношения, которых вы можете ожидать.

 

Многие, возможно, думают, что отношения учителя и ученика естественным образом обретают личный характер; это, несомненно, может быть так в наставнической системе некоторых университетов. Однако в целом обучение в наши дни – это напоминающий бизнес процесс передачи учеников от одного учителя к другому в некоторой надежде, что итогом станут равномерно переваренные факты. В обычной классной системе учителю иногда приходится обращаться к сорока ученикам, а затем он продолжает обучать другую большую группу учеников. Отношения непременно должны быть индивидуальными, и развить такие отношения с каждым учеником, который находится под вашим руководством, в таких обстоятельствах практически невозможно. В противном случае у вас появятся любимчики, и это приведет к обидам.

 

В любом случае, большинство из нас общается с учителями только в сравнительно раннем возрасте, поэтому у этих отношений, которые мы могли бы иметь с учителем, нет никакого шанса достичь зрелости. Обычно мы перестаем думать о необходимости учиться после того, как заканчиваем повышать квалификацию: это конец отношений «учитель-ученик» в нашей жизни, хотя определенные отношения позже и могут предусматривать неофициальный элемент наставничества, который может оказать глубокое влияние на наше развитие.

 

В современном мире отношения между друзьями, по крайней мере, в среде мужчин, обычно не становятся настолько глубокими, чтобы создавать проблемы. Мы склонны сохранять в таких отношениях легкость, не требовать от них чего-то большего, возможно, потому что в умах многих людей есть страх гомосексуализма. Любые сильные эмоциональные отношения между людьми одного и того же пола, особенно между мужчинами, в наши дни рассматриваются как нечто подозрительное.

 

Можно также сказать, что отношения между братьями и сестрами стали менее важными, чем в прошлом. Одна из очевидных причин этого – то, что у некоторых из нас нет братьев и сестер. В наши дни один ребенок в семье – обычное явление, в отличие от больших семей прошлого, когда (особенно до появления «государства всеобщего благосостояния») от членов семьи ожидали, что они будут заботиться друг о друге.

 

Тот факт, что эти разнообразные виды отношений стали искусственными, означает, что в наши дни в жизни человека остались лишь два вида действительно личных отношений. У древних индийцев было шесть, у древних китайцев – пять, но мы, исключительно из практических соображений, оставили два: отношения родителей и детей и отношения мужа и жены или молодой пары. И из этих двух видов отношений для многих людей вторые гораздо более важны.

 

Конечно, в сексуальных отношения есть много различных осложняющих моментов, из которых наиболее очевиден сам секс. В условиях современности сексуальные потребности являются не только биологическими, но и психологическими. Например, в наши дни мужчины склонны связывать выражение своей мужественности в меньшей мере с активностью в мире, чем со своей сексуальной активностью, особенно если их работа довольно бессмысленна и проста.

 

Еще один осложняющий фактор заключается в том, что в большинстве цивилизаций отношения между мужчинами и женщинами закреплены либо институтом брака, либо сожительством. Помимо отношений родителей и детей (которые имеют совершенно другую основу), брак – это единственные из наших отношений, которые мы легализуем и закрепляем подобным образом. Это не просто личная договоренность между двумя людьми, брак подразумевает освященные законом обязательства, которые в определенных обстоятельствах даже могут быть закреплены в судебном порядке. В таких отношениях не всегда возможно что-либо изменить, и это может привести к сложностям.

 

Когда возникает противоречие между нашей потребностью развиваться как личность, с одной стороны, и нашими сексуальными отношениями – с другой, психологическое давление может создать сильное напряжение. На самом деле, в любых личных отношениях есть вероятность того, что они встанут на пути наших попыток духовного роста. Здесь заключен парадокс. С одной стороны, личные отношения совершенно необходимы для человеческого развития. С другой стороны, если мы преданы духовному развитию, гораздо проще поддерживать личные отношения с другим человеком, который также пытается вести духовную жизнь. Проблемы чаще всего возникают – особенно в контексте сексуальных отношений, – когда один из двух людей хочет заниматься духовной практикой, а другой – нет, и такие проблемы трудно разрешить, потому что мы, скорее всего, в любом случае не до конца всем сердцем преданы духовной жизни. Часть нас, так сказать, скорее всего, будет уклоняться вместе с другим человеком от духовных устремлений, и мы можем обнаружить, что соглашаемся с тем, что отводить время на медитацию – просто эгоистично.

 

Некоторые люди обнаруживают, что, когда они вовлекаются в духовную практику, важность прежних личных отношений уменьшается, по крайней мере, на какое-то время. Иногда это трудно принять. То, что с вашим ростом вам просто придется в некотором смысле оставить семью и друзей, звучит невыносимо жестоко. Но в некотором роде это единственное, чего стоило ожидать. В духовной жизни есть непременный элемент ухода, как мы отметили. И если вас интересуют вещи, о которых ваши друзья и семья мало что знают и не интересуются ими, вам не останется ничего, кроме как до некоторой степени утратить связь с ними.

 

Однако многие люди обнаруживают, что по мере достижения зрелости в своей духовной практике их возросшая оптимистичность, чувствительность и чувство благодарности проводят их к гораздо более глубоким и близким отношениям, особенно с семьей, и это можно только приветствовать и действительно сознательно работать над этим. В конце концов, как Будда напомнил Сигалаке, наши родители даровали нам жизнь, ощущение смысла и драгоценности которой в нас увеличивается, и за это мы должны относиться к ним с великой любовью и уважением, что бы ни случилось позже. В то же самое время, по мере углубления духовной практики, мы будем создавать новые личные отношения с другими людьми, которые пытаются вести духовную жизнь – другими словами, мы, скорее всего, присоединимся к духовному сообществу или будем участвовать в его создании.

 

В следующих главах мы рассмотрим каждые из этих шести отношений, которые Будда посоветовал Сигалаке связывать с шестью измерениями. Каждая глава будет рассматривать отдельные отношения с определенного угла, поэтому у нас нет намерения дать им всеобъемлющее описание (что в любом случае было бы вряд ли возможно) – это просто возможность остановиться и поразмышлять над природой каждых отношений по очереди. Рассмотрев все шесть видов отношений, мы поразмышляем над тем, что присуще всем им и также является качеством подлинной личности, – благодарностью. В завершение в двух главах мы изложим некоторые мысли по поводу отношений отдельного буддиста с большим миром. В конце концов, будучи весьма далека от рационализации эгоизма, которой ее считают некоторые люди, жизнь буддиста действительно может быть прожита лишь в свете осознания нашей взаимозависимости с жизнью в целом и стремления действовать с состраданием и энергией на этой основе.